"Золотая лихорадка" в Сибири началась на 20 лет раньше, чем в Калифорнии. На дворе была первая четверть XVIII века. Золото искали повсюду и находили. Буквально в нескольких шагах от своих жилищ. Пионерами-первопроходцами стали добытчики из Томской губернии (ныне это Кемеровская область). Это время окутано тайнами и жуткими происшествиями... Жил-был на озере Берчикуль, что недалеко от речки Сухой Берикуль, крестьянин-старообрядец Егор Лесной. Где добывал золото, держал в тайне. Два виноторговца, дядя и племянник Поповы решили серьезно заняться золотодобычей, им было разрешено искать золото в любом месте Сибири. Так как земля слухами полнится, дошел и до них рассказ об удаче Егора Лесного, его крупные находки вызывали зависть у многих... Так как гонцам Поповых Егор не открыл места, то Андрей Яковлевич (дядя) решил поговорить с ним лично, да не успел. Аккурат перед его приездом Егора задушили. Поповы все-таки занялись разведкой этих мест, только племянник потратил более 2 миллионов рублей. Время шло, и вслед за Томской губернией драгоценный металл нашли в Красноярском, Минусинском и Ачинском округах. И опять дело не обошлось без уже известных вам родственников. География открытий расширялась: в 1838 году уже другие люди нашли месторождение золота в Канском округе. В начале "золотой лихорадки" частных старателей насчитывалось немногим более 200 человек, 10 лет спустя уже сотни поисковых партий, каждая из десятка человек, рыскали по всей Сибири в поисках золота. В конце 40-ых годов XIX века во всей Енисейской губернии проживало почти 103 тысячи человек, в Красноярске- 6 тысяч, и ровно столько же народу нанялось на работу на прииски в Мариинскую тайгу. В самом Красноярске золото находили на реке Бугач, немного на Афонтовой горе. На Столбах тоже искали вожделенный металл, там работала бригада старателей. По одной из версий, из - за их деятельности ручей получил название Роев, от глагола "рыть". По другой версии, Рой - это имя старателя. Не умея правильно распорядиться свалившимся на них богатством, мужчины кутили и просаживали добытое непосильным трудом . В Красноярске начались пьяные оргии. Разбогатевшие извозчики и конюхи шиковали - купали в шампанском девиц легкого поведения. Попутчиками "золотой лихорадки" стали кутежи, драки, карты, воровство. Так как старателей становилось все больше и больше, возросла потребность в хлебе, лошадях, фураже. Предприимчивые торговцы тогда немало заработали на спекуляции нужными товарами. Как отмечал в своих записках золотопромышленник Скарятин, промысел первых старателей "походил скорее на игру, в которой можно было урвать миллион или лечь костьми." Хвастались друг перед другом кто как мог: например, золотопромышленник Мясников из Красноярска раздавал свои визитные карточки, сделанные из чистого золота. Купец Гаврила Машаров из Канска слыл очень удачливым - на его счету было более ста открытых россыпей золота. Став миллионером, он заказал себе медаль из чистого золота с надписью "Гаврила Машаров - император всея тайги". За эту медаль весом в 20 фунтов, а, точнее, за надпись, Машарову дали кличку "таежный Наполеон". Гаврила жил на широкую ногу - в тайге был построен дом со стеклянными галереями, была даже оранжерея с ананасами. В итоге непомерные расходы привели Гаврилу к банкротству. Еще один пример, как богатство не сделало человека счастливым, а, наоборот, приблизило его кончину: некто Никифор Сюткин под Миассом, что на Урале, нашел самый крупный в России самородок весом в 36,2 кг. За эту находку, названную "Большим треугольником", Сюткину выплатили более тысячи рублей серебром. Деньги Никифор потратил бездарно: стал пить и вскоре умер. А что же золотые россыпи? Их судьба сложилась ненамного удачливее старательских жизней, жажда наживы привела к тому, что хищнически разрабатывались наиболее богатые россыпи, участки же с меньшим содержанием золота заваливали пустой породой. Лишь к концу 19 века промышленники второй волны помудрели и стали вести более рациональную добычу золота.
2010-02-15 topnews24
